Яшка поймал летящего младенца. Сильные руки парня спружинили, смягчая приземление голубого комбинезончика с ручками и ножками. Малыш лишь слегка уткнулся носом Яшке в грудь, удивленно похлопал ресницами и восторженно выдал:

— Папа!

— Этого только мне и не хватало!

Поднял голову, посмотрел на замершую девушку с ужасом в глазах.

— Безрукая! Угробить брата решила?

— Это мой сын, спасибо огромное, я нечаянно…

На развороте лестничного проема стояла детская коляска, одно колесо отвалилось и весело поскакало вниз. Резкий наклон выкинул ребенка, ремни безопасности, естественно, были не застегнуты.

— А не поймал, что было бы? Сама ещё детский сад, а туда же, сына родила, скороспелка.

Катя взяла на руки Илюшу, прижала к себе:

— Это не папа, сынок.

— Вот-вот, он даже отца родного не знает.

Яшку несло, наверное от пережитого стресса. Не каждый день летающие младенцы встречаются. Катя не стала отвечать. Пыталась одной рукой спустить коляску.

— Дай сюда, худосочная! Тебе еще самой в куклы играть лет пять надо.

Взял легко коляску под мышку и зашагал вниз.

— Папа!

Илюшка лучезарно улыбался своему спасителю.

— Все, я пошел, а то с вами тут и до алиментов доиграться можно.

Сегодня отменили тренировку. Неожиданный выходной. Чем заняться? Дома чисто. В холодильнике полно кастрюль и коробочек с вкусной домашней едой. В холостяцкой квартире такой уют? Сколько раз хотел поделиться с друзьями, живущими на полуфабрикатах, но что-то удерживало. Поднимут на смех, припишут то, чего никогда не было. А все очень просто. Приходит раз в неделю соседка Нина Ивановна. Наводит порядок, заготавливает впрок еду. Включает стиральную машину. Яшке остается лишь поддерживать чистоту и мыть за собой тарелку. Несложное условие для комфортной, уютной жизни. Оплата услуг необременительная, если учесть выгоду от отказа питаться в кафе. Подошел к окну. Рванул створку, заорал на весь двор:

— За ребенком смотри, малахольная!

Илюшка уже боком сидел на качели, которую качала Катя, уткнувшись в телефон. Оба разом задрали голову на Яшкин балкон.

— Папа!

— Да что это такое?

Захлопнул окно, отступил вглубь квартиры.

— Не хватало соседям услышать, точно припишут наследничка. Интересно, где таких дур выпускают? С кем она живет? Неужели мать и отец не могут подсказать, как обращаться с ребенком?

Включил от безделья пылесос. Из-за шума еле услышал звонок в дверь.

— Мой хлеб отбираешь?

Нина Ивановна любила хозяйничать, когда Яшка был на тренировках.

— Нет, что вы. Не знаю, куда себя деть.

— Так пойди, погуляй, денёк сегодня хороший, солнечный.

Вспомнил о малыше на качели. Нет, сталкиваться с его мамой на улице не хотелось.

— Пойду, поиграю, сто лет комп не открывал.

— Нина Ивановна, а что это за девчонка в подъезде появилась? С ребенком маленьким, в голубом комбинезоне?

— Катя? Ой, тут целая трагедия! Никому не расскажешь? Обещаешь?

— Обещаю!

— Беда у нее. Детдомовская она. Квартиру от государства получила, на радостях решила новоселье сделать. Пригласила непонятно, кого. Подпоили девчонку, ну и… Вроде, трое их было, два сами еще мальчишки, несовершеннолетние, а один сидевший дважды за кражу. Не стала она в милицию сообщать, себя винит, пригласила в дом не тех, кого можно было. Узнала, что беременная. Сообщать никому не стала. Да только тот, уголовник, прознал как-то. И вцепился мертвой хваткой.

Он сейчас опять сидит. Пишет ей, уговаривает приехать, расписаться. Сына на себя записать. Лишь бы послабление по сроку получить как-то. Запугал девчонку совсем. Типа, не приедешь, мои дружки тебя из-под земли достанут. А выйду, вообще ребенка себе заберу. Боится она его, страсть. Вот только два месяца вздохнула свободно.

— Откуда вы все знаете?

— Так это я ее сюда привезла. Помнишь, ездила в область на обследование? Там с нею и познакомилась, в больнице. Она мне все и рассказала. Я предложила ей сдать свою квартиру, а на вырученные деньги здесь жилье взять. Чтобы сбить бандита с толку.

— Не проще сделать тест на отцовство?

— Боится она, вдруг он и есть отец Илюши.

— Красивое имя.

— Говорит, так звали директора детского дома. Хороший видно был человек.

Яшка подошел к двери, прислушался. Этажом выше хлопнула дверь. Подождал несколько секунд, вышел в подъезд. Молча забрал коляску, спустил ее вниз.

— Спасибо!

— Ребенка держи крепче!

— Папа!

— И объясни сыну, нельзя чужих мужиков папой называть.

— Он маленький, не понимает еще.

Когда первый раз услышал, просто удивился. Второй, был неприятно раздосадован, спрятался, закрыл окно. А сейчас будто искал моменты, когда Илюша улыбнется, увидев его, и четко скажет:

— Папа!

Не хватало еще, чтобы приписали отношения с этой… Какие могут быть дела с подростком, не сформировавшимся даже в свои 19 лет. Выглядит максимум на 15-16. По белой коже паутинки голубых вен, губы по-детски припухшие. Пальцы на руках как карандаши, куда им таскать тяжести по ступенькам? Кстати, хорошая мысль мелькнула. А зачем собственно коляску каждый день тащить наверх? Можно же оставлять у него, места много не займет. Дать Кате ключ от квартиры, и все дела. Не боялся, воровать дома особо нечего. Решено, сегодня же надо заказать запасной ключ.

— Нина Ивановна, пусть она коляску у меня оставляет. Будет брать, когда надо. Я все равно целыми днями в центре, не помешает.

— Вот спасибо, Яшенька, если честно, мне самой тоже помогать ей тяжело. Да и не всегда я дома. Обязательно скажу, прямо обрадовал меня.

Надо собираться на соревнования. Забежал в спорт магазин, купил новую форму. Дверь не открывалась. Что за дела? Ах, да… Нина Ивановна пришла убираться и закрылась изнутри. Нажал на звонок. Дверь почти сразу распахнулась:

— Тише, Илюшку разбудишь!

Даже отступил назад.

— Ты что тут делаешь?

— Одежду твою глажу. Нина Ивановна лежит, у нее давление высокое. Я уже скорую вызывала. Сделали укол, уснула. А меня попросила одежду погладить. Сейчас уйду, там две футболки остались.

Зашли в комнату.

— Честное слово, так и хочется врезать тебе!

Катя отшатнулась испуганно.

— Ты как сына положила? Он же свалится сейчас! Не могла в спальню отнести? Там кровать широкая.

— Он без меня плачет.

— А гладилку туда отнести мозгов не хватает? Что, честно? Совсем, совсем? Или боишься розетку там не найти. И что ты за человек? Будто в лесу выросла. Убери руки, я сам!

Яшка тихонько поднял воздушное тельце. Пахнуло молоком и еще чем-то сладко-ванильным. Положил малыша в самый центр, обложил для верности подушками. Прилег рядом. Необъяснимое ощущение. Дрогнули губы, улыбается во сне. Ямочки на щечках. Сдвинул брови, поднял пальчик, кого ругает? Отметил, что малыш в чистой одежде и сам не чумазый. Но хоть за этим следит, молодец. Неужели похвалил? Первый раз за все время.

— Я закончила, могу идти.

— Тихо! Пусть поспит, он такой прикольный.

— Папа!

Вздрогнул и утонул в счастливых глазах Илюшки.

Настроение обалденное! Заняли командой первое место. Под курткой на груди все еще висит медаль на ленточке. Сейчас быстрее домой, принять душ, поесть что-нибудь вкусненькое и упасть спать. Напряжение последних дней дает о себе знать.

— Яшенька, что делать?

— Нина Ивановна, что случилось?

— Катя! Ее уголовник опять нашел, представляешь? Дружки его сюда приходили. Требует приехать в тюрьму срочно. Уже не знает, как оттуда быстрее вырваться. Катя плачет. Куда ей бежать?

— Подождите, дайте подумать. Где она?

— У себя, даже мне двери не сразу открывает. Ей страшно, понимаешь?

— Разберемся.

Почти пять минут звонили в дверь, прежде чем щелкнул замок.

— Тихо, моя хорошая, свои, не бойся.

Нина Ивановна обняла Катю.

— Забирай Илюшку и пошли ко мне. Там они тебя не найдут. Главное, на улицу не выходи. Я что-нибудь придумаю. Съезжу к другу, он работает в полиции. Найдем способ отделаться от этого гаденыша.

Прошло два дня.

— Катя, собирайся! Поедем в тюрьму. Не смотри так, все будет хорошо.

Открылась дверь, конвойный завел обросшего, небритого мужика с наколкой на шее.

— Свидание 5 минут.

Этот гад прикасался к Кате. Кулаки непроизвольно сжались. Яшка в строгом костюме выглядел старше своих лет, как, впрочем, и сама Катя в специально для этого случая одетая в серый брючный костюм бизнес вумен. Театральная постановка на все 100!

— У меня нет на тебя времени! Слушай внимательно!

Яшка поправил галстук.

— Ты преследуешь мою жену и сына. Да, малыш мой! Вот тест на отцовство. В руки не дам, читай так, я его отец на 99.9% Вбей себе это в голову. А теперь, что мы должны делать вот с этими сообщениями?

Яшка включил запись, где шли угрозы, признания, что Катя могла родить ребенка от него будучи несовершеннолетней. Короче, полный набор на несколько статей.

— Даем им ход? Или ты хочешь продолжать преследовать мою семью?

— Я… не знал. Думал, он мой. Больше не повторится, обещаю.

— Это последнее предупреждение. Если что, мой адвокат укатает тебя лет на 15, уяснил?

— Да, конечно!

Впервые Катя спала спокойным, крепким сном. Проснувшийся Илюша смотрел на маму. Плакать или не надо? Положил головку на ее грудь, вздохнул по-взрослому, обнял ручонкой и закрыл глаза.

Яшку уже как магнитом тянуло к окну.

— Так я и знал! Вот злости на нее не хватает! Тянет санки голыми руками! И шарфика у Илюшки нет, опять сопливить будет. Свалились на мою голову!

Надел теплую куртку, взял запасные перчатки, шарф с эмблемой своей команды, подумал и прихватил маленький плед, ноги малышу укутать. Все делал молча. Сунул в руки бестолковой девчонки перчатки, намотал мальчонке шарф, накрыл пледом. Забрал веревку:

Поехали!

Замерло все внутри. Стоит и считает секунды:

Одна, две, три…

— Папа!

Расплылось тепло в душе:

— Пошли на горку!